Священник Павел Сержантов: «В Небесное Отечество надо идти с достоинством»
Время прочтения: 5 мин. Уровень сложности: общедоступный
Подвиг старения
В наше время трудно взрослеть, стареть тоже тяжело. Уходит патриархальное почтение к пожилым людям, всё чаще старые люди воспринимаются как обуза. Наш эгоизм способен любого родного человека превратить в обузу – старого и малого. Старость понимается как возраст болезней, ограниченных возможностей, грустного ожидания перед уходом на кладбище.
Для верующего же человека старость – это последний этап перед переходом в вечность, а не перед уходом в могилу. Протоиерей Константин Островский называет старость главным этапом человеческой жизни, поскольку после бурного старта молодости и проделанного в зрелом возрасте большого пути, мы приближаемся к месту нашего назначения, впереди у нас экзамен за всю жизнь. И, по милости Божией, в перспективе у нас более интересная жизнь, чем годы от нашего рождения до смерти, и эта жизнь – бесконечная.
Из-за потребительского отношения к жизни мы видим в старости сплошные минусы. Не замечаем плюсов. Каких? С возрастом к человеку, который учится на своих и чужих ошибках, приходит зрелость и глубина понимания жизни; к некоторым даже – мудрость. Это жирный плюс.
А люди боятся старости как ужасного бедствия, отчаянно примолаживаются. Пожилые женщины наносят молодежный макияж, мужчины за 50 надевают ультрамодную, безвкусную и неудобную одежду. Тщеславие не дает нам принять и признать свой возраст. Нам хочется выглядеть как взрослые, когда мы подростки. Проходят годы, мы обзавелись семьями, но нелепо изображаем женихов и невест, даже когда у нас внуки. Льстим себе и лжем окружающим.
Люди боятся смерти. Правда, чужая смерть по-садистски смакуется на разных шоу, в фильмах и компьютерных играх; смерть коммерциализована. При этом о своей смерти потребители материальных благ избегают думать. Взрослые дяди и тети боятся услышать от врача намек на фатальный диагноз. Впадают в истерику, оглушают себя алкоголем, судорожно «цепляются за жизнь». Это не то же самое, что «бороться за жизнь», идти в Небесное Отечество по-человечески, с достоинством.
В Небесное Отечество надо идти с достоинством. Покаяние помогает нам в этом
Для неверующих человек – высшее животное; рождается, потому что сработала репродуктивная система самца и самки, умирает человек по причинам несчастных случаев, болезней и завершения жизненного цикла организма.
Христианин иначе смотрит на жизнь и смерть. Человек – больше, чем животное. Смерть вошла в нашу жизнь от нарушения Адамом и Евой заповеди Божией. Новый Адам – Христос – преодолевает смерть. С Ним умирать не страшно, с Ним мы воскреснем.
Старец Иоанн, будучи сам пожилым и немощным, писал людям, столкнувшимся с тяжкой неизлечимой болезнью: наше покаяние ходатайствует за нас перед Богом. Это он знал из Божественного Откровения и своего пастырского опыта. Память смертная – составная часть покаяния – помогает нам приготовиться к переходу из этой жизни, очищать и предохранять душу от грехов. «Помни последняя твоя, и вовеки не согрешишь» (Сир. 7: 39).
***
С темой старения связана еще тема «возрастных грехов». В каждом возрасте есть часто встречающиеся грехи. Они пореже попадаются в других возрастных категориях. Дети исповедуются в непослушании родителям. Молодые люди переживают блудную брань, сомнения по поводу веры. Со временем выходит на первый план страсть сребролюбия. И старость не свободна от страстей. Подступает уныние: «Дети выросли, мы им уже не нужны». В борьбе с унынием помогает упражнение – нарочно замечать хорошее в нашей жизни, пусть даже по мелочам. Как умеют радоваться пустякам маленькие дети! Замечать и благодарить Бога за маленькие и крупные радости, благодарить своих взрослых детей за знаки внимания, пусть самые незначительные.
Так мы поборемся со старческим унынием, обидчивостью и ворчливостью. Вот стоим мы в вагоне метро, уступили нам место – «Спасибо!» Если не уступили, не будем раздраженно ворчать. Чуть-чуть смиримся и попросим место. Я не помню случая, чтобы в такой естественной вежливой просьбе кто-то отказал. Пожилой человек поблагодарит уступившего – всем хорошо.
Некоторые люди сталкиваются еще с одним возрастным явлением: «Не знаю, какие у меня грехи. Мне 75 лет, живу одна, ссориться не с кем. Православные телепередачи смотрю, в храме пропускаю воскресные службы: ноги больные». Да, в старости мы грешим меньше – по причине оскудения сил. Тут есть над чем подумать: над преодолением страстей в их остаточных и неявных формах, над тем, как сохранить покаянный настрой до конца наших дней, как менять ракурс, тактику нашей духовной жизни.
Память смертная и надежда на милость Божию
Отбросим обиды, будем жить светло. Пусть мы не будем сиять, как солнышко, а скромно так лучиться тихим светом лампадки. Я вижу по временам таких сияющих старомосковских бабушек в храме. От них какой-то тихий свет исходит. С ними общаться легко, приятно просто встретиться глазами. Перед службой идешь в храм, а бабушка-светлячок стоит на обычном своем месте, заранее пришла. Поздороваться с ней – бальзам на сердце. Хорошие у них лица, просветленные.
Говорят, к 50 годам человек имеет то лицо, которое сам заслужил. Когда никого рядом нет и мы не надеваем маску приветливости, подойдем к зеркалу, полюбуемся на результат прожитой нами жизни и умения пережить ее удары. Подведем итог. Если неприятно на себя смотреть, все-таки не будем унывать. В самых заунывных обстоятельствах вооружимся молитвой: «Прожил я свою жизнь зря. Но если Ты меня не примешь, то деваться больше некуда». Верим в неистощимое милосердие Господне.
